Наш сайт открылся в октябре 2010 г. Поэтому мы наверстываем упущенные новости и знаменательные события. Одно из них произошло год назад. Наша землячка, печерянка Надя Куриленок покорила Северный полюс. Итак, слушаем повествование от газеты Курьеръ:
…Надюше Куриленок, спортсменке-лыжнице из Печор, предложили весной участвовать в отборе на эту уникальную экспедицию (на Северный полюс).
На Северный полюс
— Я, честно говоря, не особо об этом мечтала, — делится она с «Курьером». — Походы, туризм, — все это для меня было чужое, казалось скучным и незнакомым. Но в Карелии, где проходил отбор, я очень сдружилась с ребятами. Экспедиция на Северный полюс стала для меня единственным шансом встретиться с ними вновь. Поэтому очень обрадовалась, когда на третий день после возвращения в Печоры мне сообщили, что я — в списке.
У самолета
С полярной станции «Барнео», куда россиян доставил самолет ФСБ, стартовали сразу несколько групп из разных стран.
— Американцы, которые непонятно почему всегда широко улыбались, ринулись вперед, — делится с «Курьером» землячка-полярница. — Правда, на полюс пришли на два дня позже нас. Мы всех определили!
Вторая молодежная экспедиция «На лыжах — к Северному полюсу!» проходила с 16 по 24 апреля и была посвящена Году молодёжи в России. Вечером 16 апреля с российской дрейфующей станции «Барнео» стартовали семеро ребят: двое из Москвы, по одному из Мордовии, Томска, Чебоксар, Свердловской и Псковской областей. Молодых полярников сопровождали известные путешественники Матвей Шпаро и Борис Смолин, а также — съемочная группа. До заветной точки, где сходятся все меридианы, ребятам предстояло пройти 110 км. Низкая видимость и частые метели осложняли жизнь юным первопроходцам, однако дрейф льда почти все время был попутным, что позволило на сутки обогнать расчетный график путешествия.
Во льдах
Флаг Псковской области (наряду с флагом России и других регионов, представители которых дошли до полюса) Надя воткнула в точку пересечения всех меридианов сама.
Еда — просто космос!
В тот день (вернее, в ту ночь) когда наша группа догнала полюс (но об этом — отдельно), ребятам устроили настоящий пир. Жарили бекон и… блинчики. Самые, что ни на есть, настоящие. Замесили тесто, сковородку на примус поставили… Вкуснотища!
Надежда Куриленок
— До этого мы питались едой сублимированной (в порошке или гранулах). Рацион был разложен по пакетикам на каждый день. Там тебе: молоко, творог, мясо, гречка, рис, макароны, колбаса, халва, шоколад, печенье, клубника, абрикосы, кальмары, грецкие орехи. Только клади в тарелку и заливай водой. Так что, по домашней еде даже не скучала. Наоборот, кое-что привезла с собой — угостить родителей.
К встрече с медвежонком Умкой Надя, как и другие участники экспедиции, была готова.
— На подходе к Северному полюсу нас стали учить пользоваться оружием (на всех было одно ружье и два пистолета). В этих местах медведи — не редкость. Я думала, у меня палец примерзнет к курку, пока прицеливалась. В варежках-то не выстрелить: они огромные. Вообще, стрелять учили в воздух. Но, если бы белый медведь подошел бы ближе, чем на 35 метров, — пришлось бы целиться в него самого. Но нам медведи так и не повстречались.
Синусы и косинусы помогли
На шестой день экспедиции ребята прекратили идти вперед. Погода была плохая, да и льдину, на которой они находились, понесло как раз в сторону Северного полюса.
Экспедиция
— Мы все, вспоминая геометрию, синусы, косинусы, начали прикидывать, во сколько нам нужно начать движение, чтобы мимо полюса не промахнуться. Поэтому решили даже ночью не спать (хорошо, что полярный день — круглосуточно светло), иначе бы нас пронесло мимо по касательной. Вечером вышли, ориентируясь по американским приборам GPS. И когда до вожделенной цели осталось каких-то там 60 метров, нас начало уносить. Мы скинули вещи, палки, лыжи, и вслед за командиром группы побежали. Как только прибор запищал, я поняла, что покорила полюс.
Полюс наш!
Ребята провели на Северном полюсе два шикарных дня. Играли в рэгби (мальчишки набили термосумку варежками и всякой требухой), писали себе же письма (это было задание от руководителей — написать себе письмо, которое получишь, когда уже и думать забудешь про эту экспедицию), продули политикам в футбол со счетом 2:4 (разных депутатов, чиновников доставили к нам на вертолетах).
— Причем, когда они в честь своего приезда толкали для нас речь, ветер дул им в спину, а мы стояли напротив и думали, когда же они в конце концов уже замолчат: мороз невыносимый, — смеется полярница Надя. — Кстати, погода все это время была суровая: −30, но при таком ветре ощущение было, что все −50.
А по-маленькому?
Наша Надя стала единственной из всей группы, кто не постеснялся рассказать о… настоящих трудностях. «КурьерЪ», эксклюзивно для своих читателей, решил приоткрыть завесу тайны (это было первое, о чем спрашивали Надю близкие друзья, а малознакомые люди стеснялись спросить).
— Ветер, холод, — все это ерунда, — улыбается собеседница. — Даже вплавь в специальных костюмах пересекать океан было не так страшно (после погружения в воду всплываешь как — известно, что, а потом каждую льдинку телом ощущаешь). Труднее всего на полюсе было ходить в… туалет. Умываться-то, кто хотел, мог запросто: мы салфеток набрали влажных, даже купили сухой шампунь (его не надо смывать, просто расчесываешься — и волосы чистые). Кто-то даже зубы пытался жвачками чистить, но на морозе лишний раз рот не откроешь, я так воду грела для этого. А вот с туалетом… В палатке, где тепло, не сходишь. Брали с собой на улицу коврики и прикрывались, чтобы ветер не задувал (опять хохочет наша собеседница — ред.). Ну, ничего вроде, никто не простыл!
Толик не виноват!
В один из таких разов, когда Надя с подругой из Москвы как раз и пошли ставить свои «ковровые домики», они увидели, как из палатки оператора (юных полярников во время экспедиции сопровождала съемочная группа — ред.) вылетела камера, а потом с криками-воплями сам оператор, за ним — участник десанта Толик, а следом — пламя.
— У нас была традиция — каждый вечер в палатке операторов делиться впечатлениями, — продолжает покорительница Северного полюса. — Примусы на время съемок отключали: они очень громко шумели. В тот момент в палатке с оператором находился Толик Пучков из Томска. Его попросили примус разжечь — на камеру, мол, покажи-ка, дружок, как ты это мастерски делаешь. Палатка вспыхнула за секунду. Нет, Толик не виноват. Просто с примусом что-то случилось: из него чуток вылился бензин — вспыхнул маленький синий огонек на полу. Они его ковриком прикрыли, чтобы затушить, а когда решили проверить, пламя до потолка вспыхнуло. Сгорела шапка оператора, его куртка частично (пух торчал во все стороны — до конца экспедиции мужик так и ходил «ощипанным»), камеру, к счастью, спасли. Тушить, конечно же, пытались. Снегом закидывали. Но от палатки остался лишь ветрозащитный тент.
Кстати, произошло это 22 апреля, именно в тот день, когда командиром группы была назначена наша Надя. По традиции, ей предстояло отчитаться вечером за прошедший день по спутниковой связи.
— Я Толика «сдала»! — снова смеется льдопроходчица Надя. — Сперва не хотела, но наш руководитель, Матвей Шпаро, настоял.
20 слов для мамы
Так же, как и Толик, Надя в один из дней делилась своими впечатлениями на камеру в заветной палатке. И вдруг ее спросили: «Если бы тебе дали шанс позвонить маме и произнести всего 20 слов, чтобы ты ей сказала?».
— Я стала пальцы загибать, про себя считать слова, и вдруг мне протягивают телефон, — продолжает путешественница. — Я аж опешила. Что? Можно позвонить? А мне: «Конечно, если не хочешь — не звони». Жаль, поздно уже было. Дома никто трубку не поднял…
А для мамы у Наденьки было приготовлено теплое: «Привет, мамочка! У меня всего 20 слов. У нас все хорошо…»
Другой шанс пообщаться с близкими организаторы-затейники приготовили ребятам на самом полюсе. Но для каждого было свое условие. Мальчику Елисею, к примеру, разрешили говорить, сколько он захочет, но при одном условии: паузы между словами не должны быть больше 2 секунд.
— Он с перепугу начал тараторить. Для меня же было условие: не задавать вопросы. Я все повторяла: «Мама, ты говори, говори, рассказывай!». Но слышно-то плохо, вот я и переспросила ее… Мне прекратили разговор. А вообще, когда в Москве появилась возможность, наконец, позвонить, кому хочешь, я не хотела телефон включать. Ведь и без этих признаков цивилизации оказалось очень комфортно. Мне, можно сказать, повезло: мои документы вместе с мобильным телефоном по ошибке «ушли» в Норвегию. Поэтому в Москве я провела еще два лишних дня без связи…